В немецком «Крематории» куют электронный металл

Фoтo: Aнaстaсия Бaрaнoвa

Стилистичeски тo, чтo дeлaют испoлнитeли, — грeмучaя смeсь. Дэт-мeтaл считaeтся экстрeмaльным пoджaнрoм, кoтoрый взял oт трэшa скoрoсть и слoжнoсть испoлнeния, нo eщe бoлee утяжeлил звучaниe. Гoтик-мeтaл сочетает в себе особые вокальные техники дэта, мрачное настроение дум-метала и образную красоту готического рока. А индастриал — это тяжелая электронная музыка, в которой звучание изначально извлекалось часто из «инструментов», не приспособленных для музицирования, — например, из заводских труб.

Сейчас, конечно, технологии позволяют имитировать любые звуки с помощью компьютера и специальных программ, которые заменили громоздкие конструкции «индустриальщиков» прошлого. Соединением всех этих направлений Crematory сильно отличается от многих металлических групп, предпочитающих следить за чистотой жанра. Большим столичным концертом немецкие тяжеловесы отметили 25-летие на сцене, и за эти годы, кажется, их фан-клуб стал еще мощнее, трансформировался и пополнился новыми рядами. Правда, среди публики есть размежевание: далеко не все слушатели разделяют страсть артистов к опытам в электронике, которые они все чаще стали проводить на последних пластинках, зато такое расширение границ привлекает других людей.

На московском выступлении музыканты почти не играли новый материал, за исключением пары вещей с последней пластинки «Monument», отдавая дань легендарному прошлому: в основном исполнили песни с альбомов, выходивших с конца 1990-х до середины 2000-х годов (например, «Revolution» 2004-го). В финале зал взревел, услышав, пожалуй, самую известную композицию «Tears Of Time», но прозвучали далеко не все хиты. Например, не менее знаменитую «Shadows Of Mine» артисты в этот раз проигнорировали.

Столичная аудитория увидела обновленный состав: в 2016-м к нему присоединился басист Джейсон Маттиас, заняв место Харальда Хайне, работавшего в команде с 1993-го, а годом ранее гитариста и вокалиста Маттиаса «Матце» Хешлера сменил Тосси Баслер. Тогда же в группе стал играть и гитарист Рольф Мункес. Несмотря на перемены, которые происходили с командой долгие годы, главное, что в строю по-прежнему ее неизменные создатели — солист Герхард Штасс, больше известный по прозвищу Феликс, и ударник Маркус Юллих. Осталась с ними и боевая подруга — клавишница Катрин Гогер.

Crematory — романтики, но в коллективе царит жесткая иерархия. В интервью одному из зарубежных изданий они рассказывали: «Наша лирика всегда повествовала исключительно о делах, касающихся жизни после смерти, о переселении душ, о путешествиях наших астральных сущностей во времени и предыдущих жизнях. Тексты — исключительная прерогатива нашего вокалиста Феликса. Все остальные просто не имеют к ним никакого отношения, полностью концентрируются на создании музыки».

В случае с этой группой сработал «принцип паровоза»: она выстрелила в середине 90-х, выступая на разогреве у Atrocity, My Dying Bride и Tiamat. Начали активно ездить по фестивалям, в том числе много раз были в лайнапе одного из крупнейших опен-эйров Wacken, получили мощную поддержку от немецкого MTV. Уже первый альбом «Transmigration» вызвал резонанс, что позволило коллективу отправиться в тур с My Dying Bride и еще больше повысить свой рейтинг. Следующая работа — «…Just Dreaming» — была не менее успешной, третья — «Illusions» — венценосной. Ее назвали «самым громким прорывом на тяжелой сцене». Дальше все развивалось по нарастающей. Коллектив единственный раз брал тайм-аут: после крупнейшего тура, растянувшегося на три года, с 2001-го по 2004-й, а потом ринулся в бой с новыми силами. И во многом слушатели уважают его именно за стабильность и всегда — за отменное качество звука и материала.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.

Translate »